Споры 13 видов микроскопических грибов (микромицетов) провели 45 суток в открытом космосе — в контейнере с открытой крышкой за бортом российского научно-исследовательского спутника «Фотон-М4». Из них погибли только три вида, а десять видов грибов выжили и по возвращении на Землю дали потомство. В число выживших входили два вида грибов из рода Penicillium, известных широкой публике благодаря тому, что из них был получен первый в мире антибиотик пенициллин, а также их ключевой роли в изготовлении сыров типа бри и камамбер.

Космический эксперимент с грибами, проведенный биологами из МГУ имени Ломоносова, НИИ вакцин и сывороток им. И. И. Мечникова и Института медико-биологических проблем РАН, был лишь одним из целой серии опытов на борту и за бортом «Фотона-М4» по изучению пределов пластичности земных организмов — от бактерий до пресмыкающихся — в экстремальных условиях космоса. А сам «Фотон-М4» — очередным космическим аппаратом для экспериментов по экзобиологии — науки, которая появилась с выходом человека в космос и провозгласила свой конечной целью изучение возможности жизни на других планетах.

Начались эти исследования на первых пилотируемых космических аппаратах в 1960-е году, а в 70-х СССР и США стали запускать в космос специализированные аппараты для экспериментов по экзобиологии. У нас они назвались «Бионами» и в космос на них отправляли живые существа всех существующих на земле типов и классов вплоть до человекообразных обезьян. Последний по счету «Бион-М1» с экипажем из 45 мышей, 8 песчанок, 15 гекконов, улиток, ракообразных, рыб и различных микроорганизмов слетал в космос в 2013 году.

Сегодня, когда эйфория 1960-х после первых полетов в космос давно прошла, на подобные эксперименты публика не обращает внимания. Легкое любопытство возникает лишь при очередном обострении вопроса: «Есть ли жизнь на Марсе?» — и при особо экзотических результатах экзобиологических опытов. Например, в конце нулевых годов нашего века споры бактерий на земном камне, прикрепленном снаружи к борту МКС, провели в открытом космосе полтора года. По возвращении на Землю часть из них вернулась к своей микробной жизни.

Между тем на опыты по выживанию земных организмов в космосе по-прежнему тратятся немалые деньги, фактически на них работает целый сектор космической индустрии. При этом акцент исследований сместился на бактерии и микромицеты, высшие организмы берут в космос с ними заодно, не пропадать же месту на спутнике. Дело в том, что романтическая цель экзобиологии, провозглашенная в момент ее рождения, давно ушла на задний план. Сейчас перед этой наукой стоят более актуальные земные цели.

Во-первых, не допустить возвращения на Землю из множества научных и коммерческих полетов космос такие мутантные формы земных же микроорганизмов, какие могут создать большие проблемы и для людей, и для биоразлагаемых материалов. А во-вторых, искать среди них штаммы с такими благоприобретенным в космосе свойствами, которые могли бы быть полезны в медицине и биотехнологической промышленности.

Эта незаметная и кропотливая работа идет постоянно. Очередной ее этап, проведенный российскими учеными на борту аппарата «Фотон-М4», как раз интересен тем, что расширил знания о пластичности важных для медицины и биотехнологии пенициллиновых грибов.